ПОЧЕМУ МАЙКЛ ТАКОЙ, А НЕ ДРУГОЙ — часть вторая

© автор Sway2008

[Данная работа создана при помощи книги Е. Левенталь «Характеры и роли»]

ШИЗОИДНЫЙ ХАРАКТЕР

Вместо шапки на ходу
Он надел сковороду,..
Вот какой рассеянный
С улицы Бассейной.
С. Маршак

Огромен вклад представителей данного типа характера в развитие человеческой культуры. Многие великие научные открытия, блестящие философские теории, шедевры литературы и искусства, мир научных идей, создание которых перемешало политические карты (атомная бомба и оружие массового уничтожения) и изменило в корне повседневную жизнь людей (высокие технологии, компьютер, интернет, новые виды коммуникаций), — все это создано в основном представителями шизоидного характера.

Данный тип характера наиболее труден для понимания. Термин «шизос» означает «расщепляю». Шизоидам присуще расщепление мира: на внешний, реальный и на их внутренний, скрытый от чужого взора.

Название «шизоид» ввел Кречмер. Он говорил о подобии многих шизоидов «лишенным украшений римским виллам, ставни которых закрыты от яркого солнца, но в сумерках которых справляются роскошные пиры». Другие исследователи называли их «странные и чудаки», «патологически-замкнутые».

Внутренний мир шизоида может быть так необычен, так значителен, что действительность блекнет рядом с этими слепящими потоками света. В рассказе Хулио Кортасара «Ночью на спине лицом вверх» герой существует одновременно как бы в двух измерениях, ничем не соприкасающихся и не связанных. Каждый из них настолько ярок и значим, что трудно понять, что же является реальностью.

В детстве Майкла мы не найдем выраженных шизоидных черт в его характере. Действительно, вот, что написано про детство шизоида:

ДЕТСТВО

Шизоидные черты выявляются в более раннем возрасте, чем особенности характеров всех других типов.

На первый взгляд, это самый удобный ребенок. Он не шалит, не болеет, не требует внимания. Замкнутый, молчаливый, неэмоциональный, он, казалось бы, не создает для взрослых никаких проблем.

Это не про Майкла. В детстве Майкл проявлял себя во всем блеске и полноте веселого циклотимического характера. Но сложности существования в семье Джексонов, где все подчинялось жесткому диктату отца, имело свои последствия для становления характеров детей.


Из книги Ла Тойи:

Майкл испуганно наблюдал за нами и говорил изумленно: «Тойя, Джозеф стоял вплотную к тебе, а ты смотрела в пустоту, будто бы его не было вообще». Так как этот метод хорошо срабатывал, брат тоже часто пользовался им. — Отвечай! Ты что, не поняла?— бушевал Джозеф. — Да,— отвечала я отрешенно. Когда отец говорил со мной, приходилось быть очень осторожной, так как он был чувствителен к малейшему изменению интонации. Надо было отвечать вежливо, но если слишком вежливо, Джозеф мог расценить это как издевку или вызов. Конечно, такое поведение не меняло положения, но этим хотя бы создавалась иллюзия, что можно немного повлиять на ситуацию. Мы с Майклом стали подавлять в себе всякие эмоции, в том числе положительные.


ЭМОЦИИ

Особенностью эмоциональной жизни шизоидного ребенка является отсутствие обратной связи. Он удивительно неэмоционален, и мы никогда не знаем, плохо ему или хорошо. Он не высказывает ни радости, ни печали, ни гнева.

НОНКОНФОРМИЗМ

Ребенок-циклотимик является нонконформистом в силу своего свободолюбия и независимости. Малыш-шизоид сопротивляется социальным правилам и нормам потому, что он их не понимает. При всем своем интеллекте он не может разобраться в простейшей социальной игре.

У него нет ни эмпатии, ни интуиции. Если цикломитик прекрасно угадывает ноты, по которым разыгрываются незамысловатые социальные игры, то шизоидный ребенок не в состоянии их понять.

Когда же взрослые силой пытаются вовлечь его в свои странные игры, в нем возникает растерянность, гнев и усиленное желание как можно скорее оказаться вновь в спасительной пустоте его комнаты.

РОЛИ

Из всех ролей, которые нужно освоить в раннем возрасте, шизоидный ребенок самостоятельно берет лишь роль Лауреата Нобелевской премии и блестяще ее выполняет. Родители уже видят заседание Нобелевского комитета, рассматривающего кандидатуру их питомца.

Без особого сопротивления малыш-шизоид осваивает роль Колумба и вместе со взрослыми с удовольствием участвует в исследовании окружающего мира и путешествиях.

Однако с остальными ролями у ребенка полный провал.

ШКОЛА

Но вот начинаются школьные годы. Выраженный интеллект, крепкая соматика, сильный тип нервной системы, хорошая переносимость различных нагрузок, сильная психологическая защита, казалось бы, создают отличный фундамент для его успешной адаптации в школе.

Однако нестандартность ребенка, его своеобразные интересы, сниженная эмпатия, отгороженность от мира и, главное, неумение общаться часто приводят к конфликтам со сверстниками, которые могут низводить шизоидного ребенка до положения изгоя и «гадкого утенка». С преподавателями конфликты возникают значительно реже, так как ребенок хорошо учится и сторонится шалостей, драк, возни на переменах.

Думаю, что стоит обратить особое внимание на эти слова психолога. Многие годы желтая пресса твердила о том, что, поскольку у Майкла не было обычного детства и возможности посещать школу, он был лишен последнего шанса научиться устанавливать отношения со сверстниками и в результате стал очень одинок. Свое одиночество он пронес сквозь всю свою жизнь.


Из книги «Moonwalk»:

Думаю,что я один из самых одиноких людей на земле.


Но, возможно, корни этого одиночества лежат не в том, что Майкл был отлучен от сверстников, а в составляющей его характера, которая всегда сопутствует одиночеству. Стоит это признать — одиночество — удел всех неординарных личностей, которые относятся к шизоидному типу характера. У таких людей, как правило в друзьях бывают люди, которые намного старше их по возрасту, но ближе по интеллектуальному развитию.


Майкл Джексон:

Мои друзья — это люди, которые или намного старше меня или намного младше.


Здесь он отличается от типичного шизоидного типа, потому что, как правило шизоидам не интересны дети до достижения ими определенного интеллектуального развития.

ОТНОШЕНИЕ К ШИЗОИДНОМУ РЕБЕНКУ

Вести с ребенком «умные» разговоры. Помнить, что шизоидный малыш может удовлетворить свою потребность в интеллектуальном общении только со взрослыми, так как его интеллектуальное превосходство может явиться одной из причин непринятия со стороны сверстников.

Стараться избегать однобокого развития. Уделять внимание не развитию интеллекта, а привитию навыков общения. Ведь этот ребенок — кандидат на роль «гадкого утенка», и система родительского воспитания должна помочь его адаптации в группе.

Рассказывать ребенку о различных сторонах взаимоотношений людей, тем более что у него открыт лишь вербальный канал приема информации.

Постоянно проводить с ребенком коммуникативный тренинг, приглашать гостей, ходить с ребенком в гости, втягивать его в обсуждение «взрослых» проблем и т.д.

ПОДРОСТКОВЫЙ ВОЗРАСТ

Самым тяжелым периодом для шизоидов является подростковый возраст.


Из книги Ла Тойи:

Мы, старшие, по-прежнему сторонились Джозефа, особенно Майкл, который перестал защищаться. Подростком он окончательно понял, что Джозеф его все равно достанет.

Это мучительно, думаю, для любого подростка, но если ты звезда и твое лицо не сходит с обложек журналов, этикеток, маек, результат гораздо более плачевный. Мой брат был просто раздавлен, уничтожен. И хотя прыщи к шестнадцати годам исчезли, Майкл так и не смог полностью избавиться от психических последствий этого наваждения. Одно из них — излишняя стеснительность, иной раз даже переходящая в робость.


САМООЦЕНКА

Отношение подростка-шизоида к себе чрезвычайно неоднозначно. С одной стороны, самооценка подкрепляется интеллектуальным превосходством над сверстниками. Однако постоянное отторжение с их стороны, понимание своих дефицитов и слабостей в плане установления отношений с окружающим миром резко занижает самооценку.

Она постоянно меняется, поднимаясь до мании величия и стремительно падая вниз до ощущения полного самоуничижения и никчемности.

РЕАКЦИЯ ЭМАНСИПАЦИИ

Реакция эмансипации почти не проявляется при благожелательном отношении к ребенку, на фоне спокойной семейной атмосферы. Подросток вроде бы не замечает всех перипетий семейной жизни. На самом деле в не доступных для нас пространствах его души находится чувствительный барометр, фиксирующий характер семейных отношений. Конфликты, разлад и развод родителей подобны атомной бомбе, взорванной на глубине океана, когда до постороннего наблюдателя доходят еле уловимые толчки, в то время как внутренняя структура ребенка претерпевает сильнейшие разрушения.

В благополучных семьях подросток подчиняется установленному порядку жизни. Однако нарушение его частной жизни, попытка вторгнуться в его внутренний мир могут вызвать яростный протест подростка-шизоида.

Например, он может не позволять родителям входить в свою комнату без стука, трогать его вещи.


Из книги Ла Тойи:

Иногда я не могла удержаться, пробиралась к нему в комнату, чтобы собрать бумаги, разбросанные на кровати, на полу — всюду. Иногда он заставал меня за этим занятием. — Оставь это, не трогай!— кричал Майкл. — Но, Майкл, посмотри, какой беспорядок. Здесь же некуда ногу поставить. Как ты что-нибудь можешь найти в таком хаосе? — Я сам разберусь с этим,— настаивал он.— Оставь все, как есть.


ОБЩЕНИЕ

Общение со сверстниками перерастает в огромную проблему, которая, по-видимому, уже никогда не будет решена в соответствии с общепринятыми стандартами. Одиночество становится верным спутником шизоидного подростка.

Иногда общение происходит в узком кругу таких же необычных существ или принимает форму вынужденных, поверхностных контактов, скучных и досадных для подростка.

Это может быть и полная изоляция от группы сверстников, необычная одежда, обувь, шляпа, насмешка в отношении всего, чем живут его одногодки.

Если повезет, то рядом окажется подросток-цикломитик, общительный и доброжелательный. Привлеченный ярким интеллектом шизоида, он втянет его в сверкающую вереницу своих похождений, как бы легализуя нестандартность шизоида, и волчья стая, слегка поворчав, примет этого парня. Однако его «неконформность» не позволяет ни слиться с группой, ни подчиниться ей.

Замкнутость шизоида, его отгороженность от сверстников бросается в глаза. Иногда одиночество даже не тяготит подростка-шизоида. Он живет в своем мире со своими необычными для других интересами и увлечениями, относясь со снисходительным пренебрежением или явной неприязнью ко всему, что наполняет жизнь других подростков…

Неудачные попытки завязать приятельские отношения, мимозо-подобная чувствительность в моменты их поиска, быстрая истощаемость в контакте — «не знаю, о чем говорить» — нередко побуждают к еще большему уходу в себя.

УХОД В МИР ФАНТАЗИЙ

Прекрасное описание проблем шизоидного ребенка дает Набоков в «Защите Лужина». Помимо холодности, отгороженности от окружающих для Лужина характерна еще одна существенная черта данного психотипа — уход в мир фантазий, который является своеобразным механизмом психологической защиты.

То, чего человек не находит в окружающей жизни, он может найти в своих мечтах, в причудливом мире своих фантазий. Там он удовлетворяет свои жизненные потребности в том случае, если окружающая жизнь их подавляет.


Из интервью 1983 года:

Я люблю читать исторические книги. Я представляю себя героем этих рыцарских историй. В моём новом доме у меня будет комната, наполненная пиратами… Я люблю эпоху Тюдоров. Мой новый дом будет построен в этом стиле.


В своих фантазиях циклотимик реализует потребность в поиске. Эпилептоид удовлетворяет потребность во власти, истероид срывает аплодисменты, астеник находит понимание и поддержку. Но наиболее ярко способность к фантазированию выражена у шизоида.


Из книги Ботича:

— Увидеть мультик Jackson 5. Я так гордился, что из меня сделали мультяшного героя. Я был так счастлив, даже представить не можешь. Нам ничего не приходилось делать. Даже озвучка была другим голосом. Они просто нарисовали нас и использовали наши песни, что мы записали для альбомов, и они играли на протяжении многих лет. Помню, я был в Брунее, делал в больнице шоу для султана. Это была самая красивая больница, которую я видел когда-либо. И я лежал в кровати, а по телеку показывали наш мультфильм. И я чувствовал себя — я не мог поверить! Шоу на все времена. Такие же шоу делали и Битлз, и Осмонды, и мы.

— Значит, это одна из тех штук, которые ты любишь больше всего?

— О да, я люблю этот мульт.

— А как это влияло на твоё сближение с детьми по всему миру? Ты же знаешь, дети смотрят это в первую очередь.

— Я обожаю это! Это вовлекает меня в другой мир. Словно: «Боже, я в зазеркалье!» Это необыкновенное чувство. Это чувство сильнее чем все эти концерты, записи и прочее. Это повлияло на меня больше чем все остальные вещи.


Он всегда отгорожен от людей. В реальности ему трудно найти друзей, любимых, и каждый раз, когда он терпит фиаско, он ускользает в спасительный для него мир фантазий. В ответ на любое поражение в действительном мире он уходит в мир своих мечтаний, как улитка в раковину.


Из книги Ботича:

— А почему ты стеснялся разговаривать с людьми? Потому что ты постоянно занимался выступлениями и у тебя не было удобного случая выбраться в обычный мир?

— Именно. Не было такой практики.

— И тебе по-прежнему одиноко?

— Уже не так сильно, как прежде.

Я спросил Майкла о его отношениях с другими знаменитостями. Почему он с ними может установить лучшую связь, чем с незнаменитыми людьми?

— У меня, в общем, нет друзей в Голливуде. Только несколько.

— Почему нет? Почему ты не общаешься со знаменитостями больше?

— Потому что я не думаю, что они настоящие люди. Они любят свет рампы и у меня нет ничего с ними общего. Они хотят ходить в клубы, а после этого сидеть и распивать алкоголь и курить марихуану, и делать всякие сумасшедшие вещи, которые я бы никогда не сделал. У нас нет ничего общего.


Внутренние пространства шизоидного ребенка необычны, хрупки и словно сделаны из холодного хрусталя. В случае непринятия индивидуальности ребенка со стороны родителей, оказания на него грубого давления этот мир может дать трещину и даже разлететься на осколки, «когда сохранившиеся обломки психической активности лежат среди развалин отупевшей души».


Из книги Ботича (об общении с детьми):

— Конечно. С ними мне гораздо проще найти общий язык. Они не приходят с грузом проблем. Они просто играют. Им ничего от тебя не нужно. А тебе ничего не нужно от них, кроме любви и чистоты, поиска настоящего счастья и волшебства вместе.

— Еще взрослые могут пытаться сделать вас кем-то, кем вы не хотите быть. Ты не хочешь быть искусственным и обороняться, тебе не хочется глупых и пустых разговоров. Когда к тебе с восторгом приходят дети, ты — Майкл. Но среди взрослых ты ведешь себя по-другому. Ты привёл аналогию с собакой. Ты не знаешь как реагировать и ты закрываешься. Они пытаются сделать из тебя того, кем ты не хочешь быть.

— Это верно. Вот почему я стал… не хочу сказать, что я позволил им выиграть эту войну, но у меня просто нет желания быть среди них.


УВЛЕЧЕНИЯ

Все большую значимость приобретает внутренний мир с его уникальными схемами и необычной архитектурой. Выплесками, протуберанцами из этого мира являются увлечения шизоида. Они являются самой яркой поведенческой реакцией, всегда необычны, сильны. Раз возникнув, они часто сохраняются на всю жизнь.

В первую очередь это интеллектуально-эстетические хобби. Читать шизоид начинает очень рано, он самый частый гость в библиотеках, книги поглощает запоем.


Из книги Ла Тойи:

Прежде всего, это была ненасытная жажда познания мира, о котором мы так мало знали. Мы придумали игру: каждый день заучивать пару новых слов, а затем пользоваться ими в разговоре как можно чаще, пока не приводили в бешенство окружающих. Мы очень интересовались историей и находили фильмы на исторические сюжеты. Особенно нравились нам документальные фильмы об истории негритянского движения. Мы показывали эти фильмы в маленьком частном кинотеатре, который купил Майкл. В нем было всего тридцать пять мест. Кроме того, мы были страстными книголюбами.

Майкл спрашивал меня:

— Ла Тойя, что бы ты стала спасать, если бы вспыхнул пожар?

Я еще не успевала дать ответ, а он смеялся:

— Твои меха и бриллианты, наверное. Я же брошусь спасать мои книги!

Стены в комнате Майкла были от пола до потолка заставлены книжными полками. У него были самые разные книги: философские труды, биографии великих людей… Наверное, он знал обо всех великих художниках, изобретателях, бизнесменах, которые когда-либо жили на земле.

Прочитав биографию Генри Форда, брат в изумлении воскликнул: «Как ему пришла в голову такая идея — создать автомобиль?» Майкл пытался доискаться до причин, которые приводят к деградации личности, поднявшейся на вершину успеха.

***

Его, например, заинтересовала анатомия, и он купил себе точно такую же пластиковую модель человеческого тела с выдвижными органами, какую мы привыкли видеть в кабинетах биологии. Он внимательно изучал строение человеческого организма у себя в комнате.

— У нас есть голосовые связки, мы можем говорить, а обезьяна — нет. Почему? Ла Тойя, как ты думаешь, можно научить обезьяну разговаривать?

— Не знаю, все возможно.

— О’кей, я докопаюсь до этого.

Однажды он попросил знакомого врача достать ему полную медицинскую библиотеку.

— Но, Майкл,— изумленно возразил врач,— это же научные труды, они издаются специально для врачей.

— Тогда закажите себе за мой счет новые книги, а мне отдайте свои.

Но это не шло ни в какое сравнение с подарком другого врача. Однажды Майкл позвал меня к себе:

— Т-с-с, Ла Тойя, иди сюда. Я тебе что-то покажу.

Я ответила, что у меня нет времени, но он настоял на своем.

— Пожалуйста, зайди в мою комнату. Я должен тебе что-то показать.

Он провел меня в ванную и закрыл дверь. На столе стояла банка с головным мозгом. Он поднял банку и повернул ее, чтобы я могла получше рассмотреть.

— Вот, полюбуйся-ка!

— О боже, Майкл, откуда это у тебя?

— Т-с-с!

Он высунул голову за дверь, чтобы посмотреть, не подслушивает ли нас кто-нибудь. Я никогда раньше не видела мозг и с любопытством рассматривала плавающую в формальдегиде серую массу.

— Это человеческий мозг? Откуда это у тебя?

— Один врач подарил,— ответил он уклончиво. Наверное, у многих эта картина вызвала бы отвращение, но для Майкла мозг и тело — чудеса природы, в которых не может быть ничего отталкивающего. В 1984 году, после выздоровления от тяжелых ожогов кожных покровов головы, его заинтересовали процессы регенерации человеческого организма. Он даже получил разрешение присутствовать на некоторых операциях в халате и маске. Читая медицинскую литературу, Майкл заинтересовался разными физиологическими аномалиями и мог часами рассуждать о сиамских близнецах, человеке-амфибии.


Большое количество времени уделяется компьютеру, виртуальному пространству, где шизоид чувствует себя уютно и спокойно. Среди огромного массива информации он наконец выбирает то, что резонирует с его необычным внутренним миром.

Часто шизоидный подросток скрывает свои увлечения, отражающие всю изощренность его интеллектуальных процессов.

Мир музыки, звуков может образовать то спасительное пространство, куда уходит шизоидный ребенок, где он находит долгожданную гармонию, где нет ненужных контактов с людьми, вызывающих зевоту и досаду, отнимающих драгоценное время. Точно так же он может уходить в мир образов, красок, линий. Среди детей-вундеркиндов, художников и музыкантов высок процент шизоидов.

СЕКСУАЛЬНОЕ ВЛЕЧЕНИЕ

В сексуальном чувстве проявляется все своеобразие натуры шизоида. Не понимая объект своего чувства, не улавливая особенности внутреннего мира другого человека, шизоид склонен наделять его несуществующими чертами.


Из книги Ботича:

— Моей первой девушкой была Тайтум О’Нил, она выиграла Оскар за Paper Moon… Мне было 16, ей было 13. И я был наивным. Она хотела делать все, а я не хотел секса вообще, потому что у Свидетей Иеговы много ценностей с этим связанных. Я сказал: «Ты сошла с ума?» Одной из ценностей была «быть добрым ко всем». Когда я держал Татум за руку — это было как волшебство, лучше всего, лучше поцелуев — всего. Она, Райен О’Нил и я пошли в клуб и когда мы слушали группу, под столом она держала меня за руку, и я таял. Это было волшебство. Как взвыв фейерверков. Это было все, что мне нужно.


Часто отправным моментом для подобной идеализации служит некий символ. Предположим, что символом женственности являются распущенные волосы. Шизоиду достаточно этой одной детали, все остальное он додумает сам.

Богатства его внутреннего мира хватит на двоих, и совершенно неважно, что же на самом деле представляет собой его избранница. Подобная шизоидная идеализация заманивает шизоида в ловушку. Подчас живя с женщиной, которая не любит, не понимает его, которая ему неверна, он все равно счастлив. Потому что он видит не ее, а воплощение какой-то идеи, оторванной от реальности.

Однако многие шизоиды не могут допустить ситуации, в которой любовь, как им кажется, поработит их, посягнет на их индивидуальность.

СТРУКТУРИРОВАНИЕ

Время и упорядочивание пространства являются атрибутами реальности, с которой шизоидный подросток не в ладах.

Времени он не замечает, плохо его планирует, часто опаздывает. В быту он беспомощен, вокруг него всегда беспорядок, который он воспринимает как символ свободы и выражение своего права на частную жизнь.


Из ответов Карен Файе:

598.Карен, мне интересно, Майкл любил порядок? Я имею в виду, он любил прибирать в комнате или любил беспорядок, как и все мужчины?

Karen : LOL… его комната была полным беспорядком. Когда он узнавал, что к нему приедут гости, он говорил «поторопись, Turkle (Черепаха)!!! Помоги мне прибраться!!!» и показывал кучу вещей под кроватью, под подушками и в шкафах. Он был такой забавный, когда пытался прибраться.

[…]

Он не особо любил пить молоко. Ему очень редко удавалось надеть два одинаковых носка.


ВЫБОР ПРОФЕССИИ

Для шизоидного подростка подходят виды деятельности, не предполагающие интенсивного общения, но реализующие его выдающийся интеллектуальный потенциал. Он словно создан Всевышним для того, чтобы продвигать развитие цивилизации вперед.

Но вот позади детство и юность. «Гадкий утенок» вырос. И вчерашний нелепый подросток, которого все избегали и над которым посмеивались, оказывается в лучших университетах страны…

ВЗРОСЛЫЕ

Перед нами сложившийся характер, личность, полная противоречий, недоступная во многом нашему пониманию, не пускающая нас в хрустальные пространства своей души, своеобразная «вещь в себе».


Из книги Ла Тойи:

Люди трактовали скромную, сдержанную манеру поведения Майкла как отсутствие самоуверенности — и очень ошибались. Он был очень уверенным в себе человеком. Если Майкл что-то задумал, это означает, что он заключил сам с собой надежный контракт. Майкл обладает невероятным умением собраться, сконцентрировать все силы на деле, будь то турне, пластинка или видеоклип.

***

В начале 1983 года пластинка «Триллер» была выпущена тиражом 50 миллионов экземпляров. Две песни заняли первые места в самых представительных хит-парадах. Пять песен попали в первую десятку… Кроме того, пластинка неожиданно для нас получила целых восемь призов.

Для Майкла в данном случае важно было нечто другое. «Триллером» он доказал, что музыка может преодолеть предрассудки. Однажды он заявил:

— Я добьюсь, что люди во всем мире признают меня и скажут: «Я люблю Майкла Джексона и его музыку, а какого цвета у него кожа, все равно».


САМООЦЕНКА

Для шизоида присуще неоднозначное отношение к себе. Сознание своего высокого интеллектуального потенциала наполняет его гордостью, чувством превосходства и подчас легким презрением к окружающим.

Однако трудности в понимании людей и тех социальных игр, в которых участвуют окружающие, вынужденное одиночество наносят сильнейший удар по его самооценке. В результате ощущение собственной значимости скользит, перемещается по невидимой шкале, изменяясь от ощущения величия до полного самоуничижения.

ОБЩЕНИЕ

Для шизоида присущ недостаток интуиции, эмпатии. Он не может проникнуть в состояние других людей, ему трудно угадать, что творится с окружающими. В самых простейших, банальных ситуациях он не знает, как себя вести. Даже если человек относится к нему с неприязнью и открыто высказывает это своим поведением, шизоид не может понять ситуации.

С другой стороны, если к нему относятся доброжелательно, с любовью, подобное отношение уловить он тоже не в состоянии. Совершенно беспомощен он перед тайным недоброжелательством, интригой.

Его интуиция резко снижена, и он не может усваивать невербальную информацию. Однако для него значимы слова, вербальная информация, в силу чего шизоид может сказать: «Я никогда не знаю, как ко мне относятся, до тех пор, пока об этом мне прямо не скажут».

Непонимание окружающих людей, неумение угадать желания других, почувствовать неприязненное к себе отношение или, наоборот, симпатию, уловить тот момент, когда надо выслушать, посочувствовать, делают искусство общения для шизоида своеобразной китайской грамотой, которую он не может постигнуть в течение всей жизни.

Ганушкин говорил, что у шизоидов отсутствует «непосредственное чутье действительности».

Сложность отношений с другими людьми связана с аутизмом шизоидов, с тем, что «они уходят в самих себя, стремятся избегнуть всяких внешних раздражителей, заглушить их, закрывают окна своего дома, чтобы в нежном, тихом полумраке внутреннего «я» вести фантастическую, бездеятельную, но полную мыслей жизнь в грезах. Они ищут, как красиво о себе сказал Стриндберг, «одиночества, чтобы закутаться в шелк своей собственной души».

Человек этого характера может активно избегать общения, обрекая себя на жизнь отшельника, и вовсе не тяготиться своим одиночеством. Он может быть избирательно общителен, как-то раскрываясь в узком референтном кругу и игнорируя существование остального мира. Он может быть поверхностно общителен, мечтая лишь о том, чтобы его поскорее оставили в покое.


Из книги Ботича:

— Я не понимаю многого, что происходит в отношениях между людьми, и не знаю, пойму ли когда-нибудь. Думаю, что это и мешало мне в моих отношениях, потому что я не понимаю, как люди делают то, что делают.

[…]

Очень сложно найти свое зеркальное отражение. Люди говорят, что противоположности притягиваются, и я думаю это тоже правда. Но я хочу кого-то, кто очень похож на меня, у кого такие же интересы, и кто хочет помочь.


Точно так же окружающим крайне нелегко приспособиться к его сложному поведению, сотканному из самых, казалось бы, несовместимых и противоречивых черт: холодности и утонченной чувствительности, упрямства и податливости, настороженности и легковерия, апатичной бездеятельности и напористой целеустремленности, необщительности и неожиданной назойливости, застенчивости и бестактности, чрезмерных привязанностей и немотивированных антипатий, рациональных рассуждений и нелогичных поступков, богатства внутреннего мира и бесцветности его внешних проявлений/

Внутренний мир шизоида почти всегда закрыт для посторонних глаз. Лишь изредка и перед немногими избранными занавес внезапно приподнимается, но всегда не до конца, и столь же внезапно может вновь упасть.

Шизоид скорее раскрывается перед людьми малознакомыми, даже случайными, но чем-то импонирующими его прихотливому выбору. Но он может навсегда оставаться скрытой, непонятной вещью в себе для близких или тех, кто знает его много лет.


Из книги Ботича:

— Я отчётливо помню… как бывало ходил по улицам, в поисках кого-то, с кем можно было поговорить.

— Сколько тебе было?

— Это были времена альбома Thriller.

— Ты ведь был звездой мирового масштаба тогда…

— Я искал человека, с кем мог поговорить. Мне было одиноко и хотелось плакать сидя в своей комнате. Я думал: «Хватит, послать бы всё подальше. И просто пойти прогуляться по улице». Я помню как спрашивал у людей: «ты станешь мне другом?»

— Они наверное были в шоке?

— Это было примерно так: «Майкл Джексон!!!» Я уходил, думая: «Господи! Они хотят быть другом Майклу Джексону или мне?» Но мне просто нужен был кто-то, чтобы  пообщаться.


Недоступность внутреннего мира шизоида и скрытность всего хода его переживаний приводят к тому, что многие из его поступков неожиданны и непонятны для окружающих.


Из книги Ботича:

— Я много страдал в жизни. Я понимал порой, что со мною что-то не так. Но мне так нужен был кто-то… Именно поэтому у меня были манекены. Потому что я чувствовал, что нуждаюсь в общении, в людях, в ком-то, кого у меня не было. Я был очень застенчив, чтобы всё время быть среди людей. Я не мог говорить с ними. Я не был как старые дамы, разговаривающие со своими цветами. Однако я всегда хотел чувствовать себя в компании. Я думал — у меня есть они [манекены], они похожи на настоящих малышей, детей, людей, и мне казалось что я в комнате не один.


Шизоид угадывает свою несостоятельность в контактах с другими людьми, что, в свою очередь, еще больше усиливает его замкнутость, отгороженность от окружающего мира. Людское общество становится тягостью для него.

Циклотимик всегда открыт — шизоид стремится покрепче закрыть дверь от непрошеных гостей.

Циклотимик всегда поддержит нас — шизоид даже не заметит наших слез, и иногда кажется, что от него можно дождаться лишь проникновенной эпитафии.

Циклотимик направляет свою неистощимую энергию на освоение реально существующего мира — шизоид совершает головокружительные прорывы в пространствах, созданных человеческим интеллектом.

Циклотимик настроен на окружающий мир, он резонирует с окружающей жизнью — шизоид прислушивается к мелодии, слышной лишь ему одному, и струны его души вздрагивают от невидимых никому прикосновений.


Из ответов Карен Файе:

480. Дорогая Карен, ты когда-нибудь хотела изменить свои отношения во что-то большее? Как думаешь, ты смогла бы спасти его от этого злого мира и защитить его лучше, если бы была ему не просто другом?

Karen: нет… я не думаю, что какие-либо отношения могут защитить кого-то. Лиса пыталась защитить его… он держал всех на расстоянии в каком-то смысле. У него не было настоящих навыков близости (я не говорю здесь о сексе). Было такое ощущение, что он построил вокруг себя стену для защиты. Он смог открыться мне настолько, насколько мог только через много лет… и даже после этого я все равно ощущала эту стену. В глубочайшем отчаянии… он был готов плакать у меня на плече, но он боялся полностью открыться… посмотрите на прессу, и на то, как они человека раздирают на куски, как только он открывается… возьмите хотя бы один пример.


Шизоиду трудно приспособиться к реальности, потому что он имеет смутное представление о ней. Удельный вес его внутренних схем всегда перетягивает в момент тестирования реальности.

Сквозь очки своих схем шизоид, обыкновенно, и смотрит на действительность. Последняя скорее доставляет ему иллюстрации для уже готовых выводов, чем материал для их построения. То, что не соответствует его представлениям о ней, он вообще обыкновенно игнорирует. Несогласие с очевидностью редко смущает шизоида, и он без всякого смущения называет черное белым, если только этого будут требовать его схемы. Для него типична фраза Гегеля, сказанная в ответ на указания несоответствия некоторых его теорий с действительностью: «Тем хуже для действительности».


Из книги Ботича:

— Это меняется у тебя на глазах. Что если они не поймут? Что если они как нацисты — просто злые люди?

— Я не могу представить себе что я не смогу тронуть их сердца.

— То есть ты веришь что если бы у тебя была личная встреча с Гитлером то ты бы смог…

— Абсолютно. Ему приходилось иметь в своем окружение слишком много людей, которые во всем соглашались с ним и которые боялись его.

— Ты веришь что если у тебя был час с Гитлером ты мог бы что-то затронуть в его душе?

— Да. Я знаю что смог бы.

— С Гитлером?! Перестань, Майкл… Это же Гитлер… ты что не веришь что существуют абсолютно злые люди и что не существует никаких способов чтобы достучаться до них.

— Нет, я верю что нужно помочь им… помочь им исцелиться. Нужно объяснить им что где-то в их жизни что-то пошло не так. Они не ведают что творят. Я не понимают что делают что-то неправильное во многих своих поступках.

— Что если они уже совершили что–то ужасное, что они уже убили своих жертв?

— Если они уже это сделали – это неправильно.

— Я хотел бы прояснить один момент. Довольно интересно что ты смотришь на мир глазами ребенка. Но это имеет и обратную сторону — для ребенка трудно понять что кто-то действительно злой (вот почему дети такие доверчивые ) — и у тебя точно такое же видение. Даже когда зло смотрит тебя прямо в лицо тебе хочется сказать что-то хорошее. Я бы вряд ли попросил такого человека как ты создать судебную систему наказаний, так как это совсем не то что ты несешь миру, и честно говоря, ты бы не справился с такой задачей. Наказание необходимо если кто-то совершает взрослые поступки, которые являются жестокими. Но в мире детей такого рода поступков в действительности не существуют и поэтому нет необходимости в таком же наказании. Но, Майкл, действительно ли ты считаешь что смог бы изменить Гитлера?

— Да.


f6a491b716fd

Воспринимая окружающую жизнь так произвольно, эмансипируясь от многих ее фактов, шизоидная личность словно создает новую реальность, которая теперь окружает его и хотя бы в какой-то степени соответствует его причудливому внутреннему миру.

Отныне шизоид пытается адаптироваться не по отношению к миру, где живем мы с вами, а по отношению к той «вторичной» реальности, доступной и знакомой лишь ему.

СУЖДЕНИЯ

Несмотря на яркий интеллект, суждения шизоида об окружающем мире обычно неверны. Ему трудно правильно интерпретировать информационные потоки, идущие к нему из окружающего мира. Ведь, проходя через его внутреннюю схему, они претерпевают существенную деформацию и создают на внутреннем зеркале изображение, лишь отдаленно напоминающее реальность, которая в данный момент окружает шизоида.

Взаимодействуя с людьми, он опирается на неточную информацию, на искаженный образ реальности. Поэтому из нескольких вариантов поведения он часто выбирает неверный. Ему трудно представить последствия своего отношения к людям и выбрать нужное направление для движения к желаемой цели.


Из книги Ботича:

— Твоя привязанность к Гевину (который позднее станет обвинителем Майкла) впечатляет. Я говорил об этом на тысячах форумов. Это одна из самых хороших вещей, которую я когда-либо наблюдал. То, что ты стараешься помочь ему и его семье.

— Он особенный. Я говорил с Гевином прошлым вечером и он сказал: «Майкл, ты не представляешь как мне больно из-за этого. Очень больно». Он начал плакать в телефонную трубку и сказал: «Я знаю, что ты понимаешь, каково это. Это ужасно больно». Я спросил: «Сколько тебе еще нужно сделать?» (речь о блоках химиотерапии). Он ответил: «Может, четыре. Но доктор сказал, что могут быть еще и после этого». Из-за лечения у него выпали ресницы, брови и волосы. Ведь нам очень повезло, неправда ли?

— Когда ты говоришь по телефону с такими, как Гевин, чувствуешь ли ты, что часть их боли уходит?

— Безусловно. Потому, что каждый раз, когда я говорю с ним, у него улучшается состояние. Когда я говорил с ним прошлым вечером, он сказал мне: «Ты мне нужен. Когда ты приезжаешь домой?». Я сказал: «Не знаю». Он сказал: «Я нуждаюсь в тебе, Майкл». Потом он назвал меня папой.


Из ответов Карен Файе:

516. Карен, я всегда думала, что глубоко внутри он знал, что умирает, но всегда думал, что дети и время смогут ему помочь. Думаешь, помимо этого, он жил, зная, как люди его используют (последние годы)?

Karen:  Думаю, да…


СИЛА СОЗНАНИЯ

Как и у других людей, поведение шизоида определяется результатом переговоров, которые ведет его разум с требованиями окружающей жизни и его мощным подсознанием. Разум шизоида может внимательно прислушиваться к голосу подсознания и стараться следовать его командам. В этом случае разум будет рассматривать социальные нормы как обручи и унизительный плен. Тогда перед нами появляется нонконформист, насмехающийся и плюющий на мнение княгини Марьи Алексеевны. Он анархист и оппозиционер и в принципе отказывается от адаптации к обществу. Ему сложно создать семью, у него внебрачные дети, со всеми он ссорится и ругается, поражая окружающих своими странностями и неуживчивым характером.

В другом случае разум пытается как-то примирить подсознание с социальными нормами. Тогда шизоид рассматривает себя как зоолога, играет роль посетителя зоопарка и в людском обществе видит не «венец всего живущего», а всего лишь «стаю общественных животных».


Из книги Ботича:

— В общем, ты увидел, что твои ценности не соответствуют ценностям большинства людей Голливуда?

— Нет. Они делают много сумасшедших вещей, которыми я не занимаюсь… Сейчас я не люблю клубы. Я прошёл через это когда мне было одиннадцать, восемь, и, возвращаясь назад, девять восемь, семь, шесть лет. Драки, выбрасывание людей на улицу, вопли, крики, полицейские сирены. Наш отец никогда не позволял нам участвовать во всём этом, мы только выступали и уходили. Но иногда, делая это, нам приходилось быть свидетелями какого-нибудь безумия. Я видел многое. Например, леди, которая выступала буквально перед нами, когда Джексон-5 были ещё маленькими: «А сейчас перед вами маленькие Джексон-5», объявляла женщина, которая только что сняла с себя ВСЮ свою одежду, а затем бросила свои трусики в аудиторию, а мужчины ловили их и нюхали. Я всё это видел. Её звали Роза Мария. И она положила эти слова себе на груди, а затем двигала ими и она показала ВСЁ. Поэтому, когда мне исполнилось шестнадцать, семнадцать и ребята говорили мне: «Идём в клуб, потусуемся»… Я мог пойти, но говорил им: «Вы ненормальные?», а они отвечали «Нет, это ТЫ ненормальный. Мы можем снять девочек, выпить…». Но с меня хватило. Я видел и делал это, когда был ребёнком. Сейчас я хочу быть частью того мира и той жизни, которой у меня не было. Возьмите меня в Диснейленд, возьмите меня туда, где есть волшебство


При помощи своего мощного интеллекта он начинает легко разбираться в законах и правилах, по которым живут двуногие. Посмеиваясь, он может следовать этой нелепице, сохраняя внутреннюю отстраненность.

Иногда разуму удается осуществить свою посредническую миссию. В этом случае подсознательное желание свободы и отстраненности от людей согласуются, уживаются с требованиями общества и социальными нормами. Однако эту сложную роль посредника разум не может осуществлять 24 часа в сутки. Его может хватить лишь на рабочий день. Тогда в семье шизоид становится самим собой и снимает со своего подсознания тяжкие путы.

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЗАЩИТА

У шизоида по-прежнему не решен вопрос о сложных взаимоотношениях с окружающими. Самой эффективной защитой остается уход в спасительные внутренние схемы или чудесный мир фантазий.

Это свойство характерно для Ивана Карамазова, занятого различными философскими и религиозными вопросами, выдвигающего идеи, противоречащие идеям и взглядам большинства окружающих людей. Или для Дон Кихота, который  так глубоко погружен в свой иллюзорный мир, что полностью забывает о действительность и игнорирует ее.

Удивительные особенности мышления шизоида, причудливость его интеллектуальных процессов нашли свое отражение в произведениях литературы, искусства, в религиозных и философских построениях, в научных открытиях. Порождения его мышления сформировали целый пласт человеческой культуры.

Мышление его аутичное (замкнутое в себе). Для него характерна сильная, тонкая, глубокая логика. Отталкиваясь от факта, она уводит своего хозяина в некую логическую схему, которая может быть совершенно оторвана от жизни.

Человек, построивший ее, мало проверяет ее практикой, он не способен сравнивать свое отражение действительности с оригиналом.

Шизоид склонен доверять своим схемам больше, чем реальной жизни. И в конкретных людях, и в событиях он видит воплощение некой идеи, известной лишь ему одному.

Отношение шизоида к окружающим часто определяется не особенностями данного человека или события, а причудливыми изгибами его представлений о действительности, которую он ухитряется не замечать, как это представлено, например, у Дон Кихота.

МЫШЛЕНИЕ

Следующей особенностью мышления шизоида является его парадоксальность. Он склонен сравнивать несравнимые вещи («Алиса в Стране чудес» Льюиса Кэрролла).

Шизоиду присущ своеобразный нонконформизм мышления. Он чужд моде. Фантастический полет его мысли не хочет быть скован рамками привычных представлений и стереотипов. Иногда это выражается в виде бунта, протеста, разрушения привычного стереотипа восприятия, в других случаях — нетривиального решения, казалось бы, банальной ситуации.

ЮМОР

Шизоид тонко чувствует юмор. Образцы его остроумия отличаются теми же особенностями, что и его мышление: аутичность, парадоксальность, нонконформизм, изощренность. Его остроумие часто многозначно. Юмор шизоида не всегда понятен представителям других типов характера.

ЭМОЦИОНАЛЬНОСТЬ

Эмоциональная жизнь шизоида построена на парадоксах. В ней нет внутреннего единства. В одном и том же человеке уживаются черты, которые, казалось бы, должны исключать друг друга, причем это целый набор полярностей.

Так «предельная ранимость и утонченная чувствительность уживаются с неспособностью понять других людей, с холодностью и даже жестокостью. Упрямство соединено с податливостью. Холодный и равнодушный, казалось бы, ко всему подросток говорит: «Вы не знаете, как мне все это больно». Стриндберг говорит о себе: «Я тверд, как железо, но все-таки полон чувств до сентиментальности».


Из книги Ботича:

— Я люблю ощущение страсти и величественности от того, что ты можешь управлять аудиторией и чувствовать все это. Я очень это люблю. Это другое великое чувство. Но это не то же самое, что чувства от полета. Или, например, от открывшегося вида какого-нибудь великолепного пейзажа, который настолько прекрасен, что можно расплакаться. Я плачу. Я говорю: «Спасибо». Ты видишь самое красивое небо, где облака играют оттенками оранжевого и пурпурного. Бог мой, это настолько потрясающе. Я начинаю молиться. Я как будто стараюсь запечатлеть эту картину в своей памяти, чтобы всегда помнить ее.

— О чем ты молишься в такие моменты?

— «Боже, это так великолепно. Спасибо Тебе, что Ты создал небо и землю такими прекрасными. Если другие люди не замечают этой красоты и не ценят ее, то я – ценю. Спасибо Тебе, огромное Тебе спасибо!» Вот что я делаю. У меня были такие моменты, когда я говорил другим: «Взгляни на это потрясающе красивое небо!» А они отвечали «эээ… ну да, ничего». И тогда я думал: «Со мной что-то не так. Почему я вижу это, а они нет? Почему я ценю это, а они нет?» Я был в одном музее в Париже, и, я тебе клянусь, мои телохранители были свидетелями того, что там со мной произошло – им пришлось нести меня. Я упал весь в слезах, и женщина, которая показывала нам все, спросила: «Что с ним такое?». А они ответили: «Он просто настолько потрясен увиденным».


ПОВЕДЕНИЕ В СТРЕССЕ

На первый взгляд шизоид с его сильной нервной системой, равнодушием к реальности должен быть необычайно устойчивым к стрессам и потерям.


Мэтт Тайби, Rolling Stone, 24 марта 2005 года

Рутина в зале суда установилась с самого начала. Джексон, почти всегда одетый в пиджак с лентой на рукаве, с застывшей на лице улыбкой заходит в зал заседаний примерно в 8:15. Он приезжает с родителями и одним из братьев, обнимается с каждым, прежде чем они садятся на свои места, затем скользит к столу, где сидит защита. Пожимает руки адвокатам, незаметно оттекает в правый угол зала, за небольшую перегородку, и делает разминку, несколько раз приседает, растягивается, глядя прямо в стену перед собой. Когда он заканчивает, адвокаты уже выставили на стол вазочку с мятными леденцами для него; он подходит, разворачивает леденец, кладет в рот, затем усаживается на свое место и устремляет взгляд прямо перед собой безо всяких эмоций. В большинстве случаев он так и сидит целый день — без движения. Возможно, он слушает свидетелей, а, может быть, ждет, когда приземлится космический корабль. По его лицу определить невозможно.


Однако давление окружающей жизни деформирует его личность, приводит его к невротизации и к еще большему заползанию в спасительную раковину его интеллектуальных построений и фантазий.

Если же стрессы затрагивают его внутренний мир, он проявляет необычайную чувствительность. Такие удары буквально опрокидывают его личность. Остро реагирует шизоид на исчезновение систем поддержки, если помимо своей любви они давали ему еще и защищенность от бытовых проблем.

Оказавшийся в пустоте и неподготовленный к адаптации в реальной жизни, шизоид может дать сильный нервный срыв. Однако стресс может оказаться великим учителем. Он словно разбивает скорлупу, в которой находился раньше шизоид, и дает ему мотивацию для понимания мира людей.

ОТНОШЕНИЕ К ПИЩЕ

Шизоид порой бывает гурманом, однако чаще он не видит, что ест, и заявляет: «Я ем все, кроме яичной скорлупы». Для него характерна склонность к необычным диетам, питание по Шелтону, сыроедение и т.п.

ОТНОШЕНИЕ К ДЕНЬГАМ

Шизоид понимает, что деньги являются важной частью реальности, которая по большому счету его мало трогает. По сути своей шизоид равнодушен к деньгам, и его не волнует ценность бриллиантов и недвижимости.

Единственное, за что он ценит деньги, — это право иметь странности, непонятные другим. Это дань, откуп, который он готов уплатить за свою свободу.

Ему сложно планировать свои финансовые дела. Планирование бюджета, пенсионный фонд, деньги на старость — материя эта скучна для шизоида.

Поэтому неудивительно, что подчас, несмотря на большие деньги, проходящие через его руки, под старость он остается ни с чем.

ВНЕШНИЙ ВИД

Кречмар считал, что шизоиды «высокие, не производят впечатление слабого, длинноносы, узкое лицо. Иногда скованность в движениях, отсутствие жестикуляции, нескладны в движениях».

По внешнему виду шизоид может напоминать «рассеянного с улицы Бассейной», неаккуратно, нелепо одетого. Однако иногда шизоид проявляет в одежде присущий ему гиперэстетизм.

СЕКСУАЛЬНОЕ ЧУВСТВО

Для шизоида характерны гиперэстетизм, любовь с первого взгляда.


Из книги Ботича:

— Когда я держал Татум за руку… Это было так, словно я на небесах. Самый волшебный момент. Лучше чем целовать её, лучше чем что-либо. Я помню… мы пошли в тот клуб — а я не хожу по клубам — он назывался Рокси. Я смотрел выступление. Я сидел там… И вот, под столом… она взяла и сжала мою руку… и я словно растаял. 

Она взяла тебя за руку и ты влюбился?

— Словно вспышка озарила меня.


Не горячее естественное влечение, но экстаз и резкая холодность. Ищут не красивую девушку, но женщину вообще, «абсолют»: женщину, религию, искусство — в одном лице.


Из книги Ботича:

— От нее (Элизабет Тейлор) исходит этот детский свет. Это так очаровательно. У Ширли (Темпл) он тоже есть. Она говорит: «У тебя он тоже есть, неправда ли? Ты один из нас». Элизабет Тейлор и я, мы как брат и сестра, как мать и сын, как влюбленные… Все вперемешку… Это нечто особенное. Во время неприятностей мы поддерживаем друг друга по телефону… «Я нуждаюсь в тебе»…«О, я тоже в тебе нуждаюсь». Мы можем поговорить обо всем. Она мой самый верный друг. Она говорит, что обожает меня и сделает для меня все, что угодно. Она говорит, что Голливуду нужно написать сценарий для нас двоих. Нам нужно сделать что-то вместе.

— Ты ревновал когда она ходила на свидания с другими мужчинами? Она вышла замуж у тебя на заднем дворе.

— Ревновал ли я? И да, и нет. Я знал, что если когда-нибудь наши отношения станут романтическими, то реакция прессы будет отвратительной, пошлой и нас назовут странной парочкой. Это превратится в цирк и будет причинять боль. Знаешь, иногда я возил ее в инвалидном кресле, когда она не могла ходить. Их не касается то, что есть между нами. Мне нужно быть с людьми, похожими на меня.


Из книги Ботича:

— Женщиной, которая мне очень нравилась, и которую я уважал, была принцесса Диана.

— Почему?

— Потому что у нее был класс и она искренне заботилась о людях и о том, что происходит в мире. Она не делала это для показухи. Мне нравилось, как она заставляла своих детей ждать в очереди, чтобы покататься на каруселях и все такое.


В сексуальных отношениях шизоида ярко проявляется шизоидная идеализация, заманивающая шизоида в ловушки, в которых он может находиться годами.

РОЛЬ СУПРУГА

В семейной жизни шизоиду присущи эмоциональная сдержанность в отношениях с другими членами семьи, война за частную жизнь, бытовая неприспособленность.


Из книги Ботича:

Тебе нравится строить романтические взаимоотношения? Нужно ли тебе, чтобы кто-то разделял твоё одиночество?

Нет, я не такой. Я очень застенчив, чтобы всем этим заниматься… Не знаю, могу ли я выстраивать нормальные отношения, потому что стесняюсь. В этой области я совсем другой. Я слышал о том, что парни могут быть очень поэтичными с девушками — «Бэйби то, бэйби сё». Я не умею так. Я подхожу к делу прямо и говорю обо всём как есть.

— Что в таком случае ты делаешь в музыкальных видео, где тебе требуется изобразить и снять любовные сцены и тому подобные вещи?

— Вот поэтому моя работа — отбирать девушек для этого. Потому что это моя работа — думать, что они милые и симпатичные. Я могу это делать только тогда, когда они мне действительно нравятся — как те девушки, которых ты видел в моих видео. Я выбрал их потому что они мне действительно понравились, но в конце концов это порождает проблемы, потому что я им тоже начинаю нравиться по-настоящему, а я не хочу, чтобы это развивалось в серьёзные отношения и это приводит иногда к проблемам.

— Как ты им даёшь понять, что не отвечаешь взаимностью?

— Тогда они видят, что я чувствую по-другому. Да. Некоторые из них следуют за мной по всему миру и это очень тяжело.


Как непросто строить семейные отношения с шизоидом… Эйнштейн признался однажды: «Что нужно человеческому существу? Рукопись, скрипка, кровать, стол, стул — и больше ничего».

Но все же, несмотря на свою отгороженность от других людей, шизоид способен создавать семейные союзы. Однако они редко наполнены гармонией, как в силу почти неизбежного чувства одиночества у супруга, так и в силу уязвимости самого шизоида.

В семейной жизни шизоид является нелегким партнером. Любое упорядочивание непонятной и ненужной ему реальности — дело, с которым он справляется из рук вон плохо. Вокруг него всегда беспорядок, который он даже не замечает. Дай ему волю — и он не будет менять одежду, будет есть непонятно что, будет забывать оплачивать счета.

Однако возможен другой вариант: гиперэстетизм, чистая, элегантная, несколько своеобразная одежда, необычайно красивая обстановка в квартире, редкие антикварные вещи.

В семье положение шизоида может быть прочным лишь в том случае, если близкие люди прощают ему многочисленные странности, холодность, отстраненность от бытовых проблем.


Из ответов Майкла Буша (костюмер):

499. Майкл, ты случайно не знаешь, носил ли Майкл с собой бумажник с водительскими правами, кредитными карточками, наличными, и т.д., когда он путешествовал? Носил ли он такие вещи, или кто-то делал это за него?

Майкл Буш: У него даже не было ключей от дома.


Он может быть чрезвычайно сильно привязан к спутнице жизни, однако редко выражает словами свое чувство. Его закрытость, отстраненность, трудность в разделении чувств с семьей, бесцветность его эмоций могут легко создать у партнера чувство непонятости и одиночества.


Из книги Ботича:

— … помню, как Лиса Мария всегда говорила: «Я не просто часть мебели, я не просто часть мебели… Ты просто не можешь!..» Я говорил: «Я и не хочу, чтобы ты была частью мебели»…


Однако понимание внутреннего мира шизоида, его богатства и уникальности могут привести его супругу к признанию его нестандартности и оправданию его странностей. Шизоид необычайно ценит эту роль сочувствующего зрителя и союзника, он еще больше привязывается к жене, прощая ей многое. Он также ценит, когда жена снимает с его плеч непонятные и тягостные для него заботы о быте и биологическом выживании.

В случае непонимания со стороны близких, непринятия особенностей его характера, а также в различных сложных житейских ситуациях шизоид уходит в себя и еще больше внимания уделяет работе, своим необычным хобби или вычурным фантазиям.

Какими бы настроениями ни было окрашено у шизоида восприятие его семейной жизни, он всегда сохраняет потребность в одиночестве, стремление к обособленности, дистанцированию.

РАЗВОДЫ

Не понимая объекта своей влюбленности, шизоид часто выбирает совершенно не подходящего для себя партнера. После распада семейного союза шизоид может себя вести достаточно непредсказуемо, еще раз подтверждая идею о том, что он человек крайностей. Он может безропотно отдать все, удовлетворяя самые немыслимые претензии своей бывшей избранницы.

СОЦИАЛЬНЫЕ РОЛИ

Шизоид в бизнесе. Во все времена шизоид был гениальным разработчиком идей. Однако на стадии внедрения начинался его проигрыш. Необходимость находить нужных людей, понимать, кто друг, а кто враг, высвечивает все слабые стороны шизоидной натуры.

На стадии внедрения шизоид должен вручить свое интеллектуальное детище надежному человеку, который, с одной стороны, смог бы превратить его в товар и вывести на рынок, с другой стороны, не выбросить шизоида из проекта, не оставить его за бортом, выделить полагающуюся шизоиду долю прибыли. История бизнеса изобилует фактами, говорящими о том, как шизоидные идеи использовали другие люди.

Альтруист. Для них характерно самопожертвование, желание осчастливить людей. Они «искренни, проявляют непоколебимую стойкость убеждений, чистоту воззрений и твердую настойчивость в борьбе за свои идеалы»(3). Таким был Альберт Швейцер, лауреат Нобелевской премии за гуманизм, автор книги «Культура и Этика». Став всемирно известным органистом, в возрасте 40 лет он оставляет занятия музыкой, обучается медицине и едет в Габон, где работает врачом до глубокой старости.

Аристократ. Для него присуще избирательное общение в замкнутом кругу.

Чудак и оригинал. Среди шизоидов можно встретить и «угрюмого чудака, который, замкнувшись от внешнего мира в своей келье, всецело поглощен своими мыслями… будь то ипохондрические телесные упражнения, технические открытия или же метафизические системы». Эти оригиналы и чудаки внезапно покидают свой угол как «озаренные» и «обращенные в новую веру», отпускают себе длинные волосы, образуют секты и проповедуют в пользу человеческих идеалов, сырой пищи, гимнастики, религии будущего или все это вместе».

Люди, изменившие мир. Альберт Эйнштейн, оставивший помимо своей теории еще и высказывания типа «Человечеству нужна скамеечка, где бы оно могло сесть и подумать», «Пределы человеческого разума ограничены, однако человеческая глупость беспредельна».

Отшельник. Шизоид не отступит, не сойдет с пути, готовый платить любую цену за возможность отрыва от реальности, ухода в мир своих причудливых внутренних схем, в абстрактную идею, созерцание и разработка которой приносит ему острое наслаждение.

Окружающим часто недоступна скрытая логика этих жертв, этот отказ от денег, любимых, друзей ради любования абстрактной схемой. Подобное недоумение может приводить к отходу людей от шизоида, делая его отшельником, одиночкой, что еще больше усиливает его отрыв от реальности.

Друг животных. Д. Свифт описывал путешествие Гулливера на остров, где жили прекрасные мудрые лошади гуингнмы и отвратительные йеху, обладающие всеми пороками и недостатками человека.

В этом сопоставлении видно отношение шизоида к животным, удивительным созданиям, являющихся частью совершенной природы.

ОТНОШЕНИЕ К ШИЗОИДАМ

Прощать их нестандартность, терпимо воспринимать их странности. Прививать шизоидам навыки общения, но при этом не ломать их индивидуальность. Не ломать шизоидов, не стараться грубо вторгнуться в их внутренний мир. Использовать вербальный канал общения.

Еще несколько цитат:


— Да, от этого очень устаешь и это очень утомляет меня. Ты никуда не можешь пойти без того, чтобы они не манипулировали тем, что ты сказал или сделал. И это очень беспокоит меня, ведь я совсем не тот человек, о котором они пишут, совсем не тот! Получить прозвище «чокнутый» (Wacko) – не очень-то приятно. Люди думают, что с тобой что-то неладное потому, что это они (журналисты) потрудились над этим. Я не такой. Я совсем другой.


— Это как телепатия. Ты можешь чувствовать другого, когда разговариваешь и смотришь ему в глаза. Я чувствую ее, а она чувствует меня таким образом. Ты подхватываешь и замечаешь это очень быстро. Это как общение без слов. Это действительно так и я всегда это чувствовал, когда видел ее. С Элизабет то же самое.


— Я скажу тебе. Боль и стрелы, которые люди выпускали в меня, никто больше не был бы способен вынести. Возможно, кто-то на моем месте покончил бы с собой или начал пить. Потому что они были очень жестоки и грубы ко мне. Если они думают, что я не слышу этого, то ошибаются. Я слышу и вижу. Слышу и вижу. Это были дети. Я держался ради них… И еще — я не совершал этого. Я действительно этого не совершал.

— Можешь ли ты показать любовь взрослым? Ты все еще доверяешь взрослым?

— Я доверяю взрослым…


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.